Скакають Кози, Меланки й Василі мов навіжені...
Це прославля Бога Всевишнього Творця?!
Тож наставляйте ви обидві жмені
Й посипляться "благословіння" без кінця:
Війна, розруха, розбрат, суперечки,
Обмови, наклепи, хвороби, побрехеньки,
Зради усіх подруг й друзів сердечних,
Незгоди батька й сина, дочки й неньки...
Задумаймось усі: Чому в положенні
Такім ми опинилися із вами?
Життям своїм кого ми відображуєм,
І поглядом, і словом, і думками?
У ріг баранячий слова гнилі закручують.
Цим прославляється диявол - не Творець!
Слова гидотні швидко всі заучують.
Тепер задумайтеся всі: "Хто ж мій Отець?"
Диявол щоб не був усім нам батьком
І вічність всю не в пеклі проживать,
Повинні на коліна усі стати
І день, і ніч до Господа взивать,
Щоб Він помилував усіх нас, Україну,
Щоб всі гріхи простив кожному з нас,
Щоб Він благословив нас й не покинув
У цей тяжкий і злий, непевний час.
Отец, прошУ в Ім'я Твойого Сина
Спасителя і Господа Христа,
Прости всіх нас й помилуй Україну-
Ісус страждав за кожного із нас.
Ольга Назарова,
Украина
Ти все розставиш на свої місця, мій Боже.
Лиш Ти надійний, вірний, Боже мій.
НавЕсти лад у всім мені Ти допоможеш.
Вся довіряюся, Господь, лише Тобі. Амінь.
Прочитано 7007 раз. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 2) Огненная любовь вечного несгорания. 2002г. - Сергей Дегтярь Это второе стихотворение, посвящённое Ирине Григорьевой. Оно является как бы продолжением первого стихотворения "Красавица и Чудовище", но уже даёт знать о себе как о серьёзном в намерении и чувствах авторе. Платоническая любовь начинала показывать и проявлять свои чувства и одновременно звала объект к взаимным целям в жизни и пути служения. Ей было 27-28 лет и меня удивляло, почему она до сих пор ни за кого не вышла замуж. Я думал о ней как о самом святом человеке, с которым хочу разделить свою судьбу, но, она не проявляла ко мне ни малейшей заинтересованности. Церковь была большая (приблизительно 400 чел.) и люди в основном не знали своих соприхожан. Знались только на домашних группах по районам и кварталам Луганска. Средоточием жизни была только церковь, в которой пастор играл самую важную роль в душе каждого члена общины. Я себя чувствовал чужим в церкви и не нужным. А если нужным, то только для того, чтобы сдавать десятины, посещать служения и домашние группы, покупать печенье и чай для совместных встреч. Основное внимание уделялось влиятельным бизнесменам и прославлению их деятельности; слово пастора должно было приниматься как от самого Господа Бога, спорить с которым не рекомендовалось. Тотальный контроль над сознанием, жизнь чужой волей и амбициями изматывали мою душу. Я искал своё предназначение и не видел его ни в чём. Единственное, что мне необходимо было - это добрые и взаимоискренние отношения человека с человеком, но таких людей, как правило было немного. Приходилось мне проявлять эти качества, что делало меня не совсем понятным для церковных отношений по уставу. Ирина в это время была лидером евангелизационного служения и простая человеческая простота ей видимо была противопоказана. Она носила титул важного служителя, поэтому, видимо, простые не церковные отношения её никогда не устраивали. Фальш, догматическая закостенелость, сухость и фанатичная религиозность были вполне оправданными "человеческими" качествами служителя, далёкого от своих церковных собратьев. Может я так воспринимал раньше, но, это отчуждало меня постепенно от желания служить так как проповедовали в церкви.
